Отец и сын Коцебу в начале XIX века.

Все засушливое лето 1973 г. я провел в пионерском лагере.
Вокруг горели леса, красный флаг над линейкой был еле виден. Мы ждали дождя.
Грязные, прокопченные солдаты жадно пили воду из фонтанчика, громко смеялись и поливали друг друга из брандсбойта. А потом дарили нам звездочки с пилоток.
Вожатая объяснила, что военные прочесывают лес и ловят поджигателей, а в нашу столовую приходят питаться.

Еще у нас был свой музей военно-морской славы, который целиком занимал небольшой деревянный корпус около клуба. Экскурсии вел моряк в черном кителе с медалями. Его звали капитан Эссен. Все экспонаты являлись личной собственностью семьи капитана Эссена. Капитан часто повторял об этом и просил не крутить глобусы. Эссен утверждал, что он швед и принадлежит к старинной военно-морской династии, уходящей своей историей в далекое царское время.

Я поинтересовался у вожатой – правда ли это? Она назвала Эссэна чудаком и фантазером. Капитан Эссен был первым, от кого я услышал странную фамилию – Коцебу.

Фредерика Эссен.

Оказалась супругой писателя Августа Коцебу, немца по национальности. Повторно А.Коцебу женился на Кристине фон Крузенштерн. Восьмилетнего сына Отто от первого брака отец определил в кадетский корпус. Но офицер пехоты из Отто Коцебу не получился. В мае 1806 г. корабль «Надежда» под командованием И.Ф.Крузенштерна останавливается у о. Святой Елены в Атлантическом океане. Картина мрачная - груда почти отвесных темно-зеленых базальтовых скал, 19 километров в длину и 13 в ширину. До Европы - 2 - 2,5 месяца пути. С 1673 г остров служил англичанам военной базой и надежной тюрьмой. Ост-Индская компания организовала здесь стоянку для своих торговых судов. Среди немногих из русских, кто побывал на территории и ознакомился с береговой линией, был 16-летний племянник Крузенштерна, волонтер Отто Евстафьевич Коцебу. Команда похоронила на Св. Елене лейтенанта Головачева, который потерял рассудок и покончил жизнь самоубийством. О.Коцебу: «Первые три дня, пока не случилось беды, всем казалось, что попали в самый счастливый и уютный уголок Земли».

Август Коцебу.

Отца мореплавателя Отто Коцебу, Августа, можно по праву считать одним из выдающихся русских шпионов. В начале XIX его романы выходили огромными тиражами, а пьесы ставили все театры от Берлина до Казани. Не каждому автору при жизни достается такая слава. По подозрению в шпионаже Павел I отправляет романиста в Сибирь. Но А.Коцебу пишет письмо Императору и высылает ему свою пьесу «Лейб-кучер Петра Великого». Пьеса понравилась. В 1801 г. Павел прощает А.Коцебу и назначает надворным советником при театральной дирекции. В ночь с 11 на 12 марта 1801 г. Павел был убит. На российском престоле, исполнив мечту бабки, оказался внук Екатерины II и сын Павла I, Александр Павлович. По Петербургу ползут слухи, что и Александр замешан в преступлении. Но Август Коцебу своевременно раскрывает имена «главнейших» зачинщиков и подлинных убийц: «Павел мог еще встать на ноги. Тогда Яшвиль бросался на него и снова повалил на землю… Яшвиль и Мансуров накинули ему на шею шарф и начали его душить…». Через 8 месяцев, грузин, генерал-майор Яшвиль, был отставлен от службы и выслан из Петербурга. Похожая судьба постигла всех из «списка Коцебу». По соображениям безопасности А.Коцебу покидает Россию и с 1802 года числится главным политическим агентом русского Правительства в Европе. Правительством с 1809 г. руководит Государственный Канцлер граф Н.П. Румянцев. А.Коцебу предоставляет Румянцеву анализ ситуации в Европе, сообщает имена зачинщиков беспорядков в немецких университетах и доносит на представляющих угрозу авторов, среди которых Гете и Шиллер. После отставки Румянцева А.Коцебу докладывает лично царю, вплоть до трагедии, случившейся в г. Мангейме в 1819 г.

Таинственный парусник на рейде Джеймстауна.

К 1815 г. надежды Англии на физическое устранение врага «чужими руками» не оправдались: Бурбоны, роялисты, прусские пули и русские пушки пощадили корсиканца. Его судьбу решили «100 дней». Британский эскадрон арестовал Наполеона в Рошфоре при попытке бежать в Америку. Английский фрегат «Нортум-берлэнд» с приговоренным шел в направлении о. Св. Елены и никто не мог повлиять на решение Лондона. Вслед за Наполеоном на остров прибывают новый губернатор - кавалерийский полковник сэр Хадсон Лоу и комиссары-наблюдатели: от Лондона Кэмпбэл, от Петербурга – Де Бальмен. К началу 1818 г. все приближенные Наполеона были также в сборе – на остров высадились секретарь Лас-Каз, Гурго, слуги. Охраняли Св. Елену береговые артиллерийские батареи, лагерь шотландской пехоты и три корвета на рейде. По инструкции Наполеону была предоставлена полная свобода - прогулки верхом в любом направлении и прием гостей на собственное усмотрение. Именитый пленник вызывал уважение у солдат и офицеров гарнизона, а тяжелые корабли охраны не могли рассчитывать на успех в погоне за небольшим судном. Т.о. реальная возможность бежать Наполеону была предоставлена изначально. Характер бывшего Императора Франции и материальные возможности его открытых сторонников на свободе гарантировали предстоящую попытку побега. И власти острова не могли не понимать, что происходит. Каким бы тупым не был Хадсон Лоу. В начале лета 1818 г. вблизи о. Св. Елены на рейде Джеймстауна был замечен неизвестный быстроходный парусник без флага. Дерзкое поведение парусника вызвало некоторое замешательство и даже панику. По тревоге были подняты шотландцы, с корветов и береговых батарей был открыт огонь. Но парусник скрылся. Через два месяца губернатор Хадсон Лоу перехватывает письмо жены маршала Бертрана, написанное неизвестной женщине: «Победа, победа! Наполеон покинул остров».

Белый и Черный ангелы от баронессы Крюденер.

У победителя сначала крадут победу, а затем отбирают идеального побежденного. Слава и уже завоеванное, казалось бы, место в истории утрачены, и ничего не изменить. Что может быть более оскорбительно? Кто может стать личным другом оскорбленного? В первую очередь, враг обидчика. После ареста и ссылки Наполеона Император Александр I остается один на один с европейской политикой. Объяснение происходящим событиям он находит в общении с баронессой Крюденер. Их познакомила одна из фрейлин, которая вскоре вышла замуж и уехала на Полтавщину. Пожилая баронесса дает религиозно-мистическое объяснение противостоянию Александра и Наполеона. Крюденер утверждает, что Александр Белый ангел, а Наполеон – Черный. Получается, что обе фигуры дополняют друг друга, составляют некое целое, равновесие, управляемое из Космоса. Под влиянием Крюденер «Белый ангел» находит новый смысл в действиях отца, накануне гибели вступившего в Союз с Наполеоном. Новое подтверждение получают и доводы графа Румянцева, последовательного сторонника русско-французского мирного договора. Еще тогда, в сентябре 1808 г, после Тильзита, будущие герои столетия обязались во всем помогать друг другу. «Никто, - утверждал русский дипломат граф Козловский, - не испытывал более глубокого, чем Александр, восхищения перед талантами Бонапарта». После выдворения на Св. Елену угроза жизни Наполеону воспринимается Александром и Румянцевым, как реальная. Весной 1815 г. Александр I (в отличие от Петра Великого, человек весьма далекий от любви к морю), встречается с 28-летним флигель-лейтенантом, назначенным Румянцевым руководить экспедицией в Атлантику. Лейтенанта зовут Отто Евстафьевич Коцебу. Сын агента Августа Коцебу, автора доноса на убийц Павла I и информатора графа Румянцева (как бывшего Государственного Канцлера). Чем не идеальная кандидатура для выполнения секретного поручения? Учитывается и опыт молодого офицера – он один из немногих русских моряков, кто побывал на св. Елене. О.Коцебу: «Я был категорически не согласен идти под купеческим флагом. Император, выслушав мою просьбу, поддержал ее».

Граф Н.П.Румянцев.

Румянцев присутствовал на всех встречах Александра с Наполеоном. Нападение Наполеона на Россию потрясло его до инсульта, он навсегда потерял слух. Но и после Бородино, и в июне 1813 г. граф считает, что России и Франции выгоден двусторонний мир. К великому сожалению Государственного Канцлера, амбиции и оскорбленное самолюбие первого лица берут вверх. Румянцев просит государя об отставке и получает отказ. Соответствующий Указ Сенату был подписан только 1 августа 1814 г., после передачи во владение Наполеону о. Эльба и за несколько недель до начала Венского конгресса. С этого момента бывшему Канцлеру ничего не остается, кроме как чудесно перевоплотиться в мецената, «покровителя наук и искусств». Новый статус дает Румянцеву прекрасную возможность «доделать начатое». В марте 1815 г. Петербург ошеломляет известие - Наполеон бежал с Эльбы и высадился в Канне, Венский конгресс прерван. Но Румянцев готов к такому обороту событий.

Бриг «Рюрик».

Сначала корабельный мастер С.С.Разумов сделал чертежи небольшого судна грузоподъемностью 80 тонн. Строить хотели из дубового леса на частной верфи в Санкт-Петербурге. Но заказчику корабль показался слишком маленьким. Планы относительно размеров брига изменились, после рассмотрения Румянцевым исследовательской программы Крузенштерна-Горнера. Румянцев выделяет личные средства на экспедицию и поручает капитан-командору И.Ф.Крузенштерну заказать бриг нужной грузоподъемности в Финляндии. 19 октября 1814 г. Адмиралтейств-коллегия в Петербурге получила служебную записку. В ней говорилось о комплектовании личным составом морской экспедиции под командованием О.Е. Коцебу. Разумову пришлось срочно вносить изменения в чертежи. В результате, бриг «Рюрик» был построен на финской верфи в г. Або (Турку). Строительство велось «с особым тщанием» из выдержанного соснового леса. Двухмачтовое парусное судно, длина около 30 м, ширина 7,1 м, осадка 2 м, 8 пушек. Из Або «Рюрик» отправился в Ревель.

Император и лейтенант.

Деньги личные, цели научные, только вот флаг – Андреевский, военный. Они ведь о чем-то беседовали накануне отплытия: 28-летний морской офицер и его государь-император. Возможно, встреча была вызвана интересом высокого акционера к предстоящей инспекции О.Коцебу Российско-Американской Компании. У Александра было достаточно поводов для тревоги за положение в Русской Америке. На Ситхе ничего не растет, скотина дохнет, в лесу бегают индейцы-колоши, которых англичане снабдили ружьями. Носы православным отрезают, головы, людьми торгуют. У Кускова в Калифорнии неприятности с «Форт Россом». Испанцы его людей арестовывают. Шеффер, поднявший Российский флаг на захваченной людьми Баранова части Гавайских островов, вызвал панику в Англии. Снабжение продовольствием Аляски под угрозой. А доставлять продукты с России, с Кронштадта в Русскую Америку – дорого. Надо на что-то решаться… Кормить Аляску с Гаваев и Форт Роса, развивая успех, либо покидать ее, перенеся центр политического внимания на Дальневосточные рубежи России? Многоцелевой характер экспедиции не вызывает сомнения. Она качественно готовилась и дорого стоила – повод, связи, аргументы, деньги. Татуированный людоед и бегающая по паркету корабельная крыса еще не скоро рассмешат знакомых. Все это потом - слава первооткрывателя, георгиевская лента и графский титул, дарованный самим Императором. Высокий статус ученого от академии наук, карета с гербом… Сегодня О.Коцебу волнует ответственность. 8 лет после «Надежды» он провел на Балтике и в Белом море, командовал трофейным транспортом «Фрау Корнелия», в годы войны с Францией - яхтой «Ласточка». И, наконец, приказ: «…следуя из Берингова пролива по северной стороне Америки искать соединений Великого океана с Атлантическим». Но как на таком маленьком судне проходить через северные льды? Нереально. 30-го, в 5 ч. утра, после молебна и освещения, под звуки литавр и труб, прогремело многократное «ура» и над «Рюриком» взвился военный флаг. Снабженный припасами на два года, корабль вышел в кругосветное плавание, и направился из Кронштадта в Копенгаген. О.Коцебу: «31-го, около полудня, мы увидели Ревельские башни, и я в последний раз простился со своей Родиной… Может быть, навсегда».

Двое из Копенгагена и плот господина Гаукера.

Команду набрали из добровольцев. Вторым офицером на корабле - Глеб Симонович Шишмарев, опытный моряк, знакомый командиру по предыдущим совместным плаваниям. Коцебу и Шишмарев доверяли только тем, кого отобрали сами, т.к. подобные мероприятия всегда вызывают интерес у иностранных спецслужб. В Ревеле, отобранного лейтенанта Кордюкова, заменяют неизвестным лейтенантом Захарьиным. Замена озадачила О.Коцебу. В Кронштадте на борт поднялись доктор Иван Иванович Эшшольц, двадцатидвухлетний профессор Дерптского университета и Логин Андреевич Хорис, живописец. В Копенгагене были взяты трое иностранцев. Коцебу знал, что для русского человека многочасовое стояние у кипящего котла на Экваторе - страдание. Повар, уроженец Вест Индии, в списках экипажа значился под именем Сафайло Мадеев. Командир нашел его сам. Плюс двое естествоиспытателей - Вермсколд и Шамиссо. Ученых рекомендовал отец, Август Коцебу. Он также отвечал за подготовку экипажа, и, заранее, разместил в иностранной прессе заметки о предстоящем плавании русских к Северному полюсу. Коцебу-Старший отлично представлял, кто откликнется на публикацию. Иностранный агент на «Рюрике» мог стать своеобразным гарантом безопасности экспедиции и последующего подтверждения ее научных целей. Опытный немец не ошибся. Вскоре к нему обратился Ю.Хитциг (впоследствии комментатор и издатель) и рассказал, как отреагировал на заметку один из его друзей по имени Альберт Шамиссо: - «Я хочу отправиться с этими русскими на Северный полюс!». После встречи Хитцига с А.Коцебу Шамиссо берут на должность натуралиста экспедиции. Вторым по рекомендации отца появился Вермсколд. Задачей Коцебу-сына стало вовремя избавиться от обоих «ученых» и Захарьина. Итак, помимо Коцебу, в экипаж «Рюрика» вошли 34 человека. Два лейтенанта, три штурманских ученика, подшкипер, квартирмейстер. Матросы, в числе которых - кок, канонир, плотник, кузнец. И четыре специалиста - двое ученых, доктор и художник. В Копенгангене Коцебу собирает иностранных дипломатов и предлагает им осмотреть корабль, подтверждая тем самым, научную цель экспедиции. 7-го сентября 1815 г., пройдя канал Па де Кале, около полудня, «Рюрик» бросает якорь в Англии, перед городом Плимут. Здесь для брига покупают спасательный бот новейшей конструкции. Расположенные внутри воздушные ящики делали бот непотопляемым. Бот имел 30 футов в длину и был слишком велик для «Рюрика». Коцебу «разгрузился» только на Камчатке: «На Камчатке я оставил естествоиспытателя Вермскиолда и поручил его вниманию здешнего начальника лейтенанта Рудакова. Был вынужден остаться и лейтенант Захарьин. Также я оставил ненужный на Рюрике непотопляемый спасательный бот и велел сделать себе байдару, которую взял с собой».К весне 1818 года экипаж недосчитывал 4-х: Захарьина, Вермсколда, Адисова и Цыганцова. Коцебу упоминает о неизлечимой болезни, которой страдал кузнец Цыганцов с самого начала путешествия. Удивляет как невнимательность капитана, так и желание самого Цыганцова плыть за тридевять земель. Среди матросов, не считая повара, ярко выделялся своей внешностью Шафей Адисов. Из плавания Адисов также не вернулся – он исчез в Бразилии. Капитан английского судна «Бомбей» Ост-Индской компании докладывал в Лондоне: «21 ноября 1815 г. мы увидели двухмачтовый бриг под русским военным флагом, шедший с севера нам навстречу. Русские легли в дрейф. Я послал на шлюпке двух офицеров под предлогом узнать последние новости. Офицеры по прибытии сообщили, что судно называется «Рюрик» и идет к Бразилии. Совершают кругосветное плавание с научными целями. Мы были удивлены смелостью русских - слишком мал их корабль». Бразилия поразила Коцебу: «Богатство местных солдат и милиционеров определяется числом негров. Вид их приводит в ужас. Слово «негр» у португальцев и бразильцев самое оскорбительное ругательство».

Клеопатра и «Тру бладид янки».

Время посещения Коцебу Бразилии, как и исчезновение Ш.Адисова, совпадает с данными о присутствии там Клеопатры, бывшей хозяйки парижского салона и любовницы Наполеона. Находясь во главе группы сообщников-бонапартистов, Клеопатра организовала тайную переписку с Наполеоном и купила в Рио-де-Жанейро корабль «Тру бладид янки». Осуществлять переписку помогали подкупленные матросы и служащий Ост-Индской компании Уильям Белкомб, который жил в имении вблизи Джеймстауна (позже, осенью 1818 г. он будет арестован губернатором Св. Елены Хадсоном Лоу, как изменник, и сослан в Австралию). Настоящее имя дамы - Фуре Маргарита-Полина. Или графиня Де Раншу (по мужу), как она любила представляться. После разрыва с Наполеоном Полина вела бурную светскую жизнь: писала романы, содержала салон с проститутками, сама принимала любовников, отдавая предпочтение русским. Среди русских особой благосклонностью богемной дамы пользовался полковник Чернышев, пьяница, бабник и игрок (один из семи шпионов русской военной разведки, засланных в Европу военным министром Барклаем де Толли. Именно Чернышев сообщил «Особенной канцелярии» точные данные о времени и месте французского наступления 1812 г). Бонапарт по первому требованию посылал Полине деньги, купил для нее дачный дом в окрестностях Парижа и устроил выгодный брак с бывшим пехотным офицером Анри де Раншу. Клеопатра являлась доверенным лицом и агентом Наполеона. Свои дневники Клеопатра перед смертью сожгла.

Шамиссо (Альберт фон Chamisso или Людовик-Шарль-Аделаид де Chamisso).

Находясь уже в Беринговом проливе, О.Коцебу отказывается разгадать загадку Северо-Восточного прохода, волновавшую еще М.Ломоносова. Он подписывает приказ: назад, на Уналашку, во владения Российско-Американской компании (РАК). Исследователь Шамиссо раздраженно утверждает, что научные задачи вообще не волновали капитана: «Коцебу намеревался обогнуть, войти в Северный Ледовитый океан под прикрытием Аляскинского берега, но сила прилива увлекла нас на значительное расстояние назад. Коцебу находился в болезненном состоянии — это правда. Но его состояние не оправдывает поступок. Принятое Коцебу решение не обсуждалось, оно не было обосновано и скреплено военным советом, к которому принадлежал каждый имеющий право голоса на корабле. Я надеялся, что г-н Коцебу опомнится и отменит свой приказ». Педантичный немец и верноподданнически настроенный офицер отказывается выполнить приказ, ради которого и задумывалась экспедиция? Это странно, Шамиссо прав. Вырывавшиеся наружу эмоции и постоянные конфликты Шамиссо с Коцебу убедили приставленного следить Шишмарева, что натуралист «настоящий». Шамиссо не тронули. На протяжении всего плавания «Рюрик» не афиширует государственную и национальную принадлежность, идет без флага и поднимает его только в определенных случаях по команде командира. Пройдя Зондским проливом между островами Суматра и Ява «Рюрик» бросает якорь в порту Кейптаун, где стоит до середины весны 1818. 8 апреля 1818 года «Рюрик» вышел в направлении острова Св. Елены.

Смерть пленника Св. Елены.

С осени 1818 г. англичане потеряли к пленнику всякий интерес и прекратили попытки общения. Новости со Св. Елены перестали поступать, страсти странно улеглись. Свидетели в один голос подтверждают: к концу 1818 г. пленник очень резко изменился и стал совершать поступки, несвойственные Наполеону Бонапарту. Он начинал фразу и не заканчивал ее, впадая в глубокое раздумье, часто сбивался и забывал, о чем говорил только что. Все больше рассказывал о себе в третьем лице. Сбивчивые воспоминания пленника о своих военных походах походили на пересказ плохо вызубренных лекций о человеке, лично ему не известном. Если Наполеон не раз повторял, что не желает предводительствовать «чернью», то пленник утверждает обратное: «Я должен был бы основать свою империю на поддержке якобинцев». Давно уехали Лас Каз, Гурго, доносчик губернатора ирландский доктор О'Мира. Список гостей, посетивших Лонгвуд за последние три года, состоит из новых людей. Пленник стал жаловаться на здоровье и принимать лекарства. Мама и семья почему-то прислали ему доктора Антомарки, невежественного и дешевого врача. С конца 1820 г. больной не катался даже в коляске и напоминал злобные карикатуры из английских газет – живот навыкат, голова втянута в плечи, одутловатое лицо. Тот, кто называл себя Императором Франции, был похоронен 6 мая 1821 года. На могильном камне не было надписи.

Южно-Африканское вино и лошадиная доза слабительного.

Существует не одна версия о последних годах жизни и смерти узника Св. Елены. Самая распространенная, после официальной, строится на том, что место императора с лета 1818 года занимали двойники. Последний – Франсуа Эжен Робо. Робо родился в дер. Балейкур и гордился схожестью с Наполеоном. В 1818 году он исчез. В архиве Балейкура о Робо записано: «Родился в этой деревне, умер...». Место и дата смерти зачеркнуты. После исчезновения Наполеона и до появления Робо обязанности «приболевшего Наполеона под одеялом», исполнял корсиканец Франческо Чиприани, повар из ресторана в Джеймстауне. Чиприани умер в конце все того же 1818 года. Но при вскрытии могила Чиприани оказалась пуста. Через три дня после смерти Чиприани на острове внезапно умерли еще двое – служанка Монтолона и ее сын, которые близко общались с Наполеоном и могли обнаружить подмену. Отравленный двойник устраивал всех. В волосе умершего на Св. Елене была обнаруженная смертельная масса мышьяка, в 13 раз превышающая норму. Чтобы гибель жертвы можно было бы объяснить естественными причинами и избежать шума, травили мелкими дозами. Отравитель находился в окружении императора, как минимум, три последних года и пользовался особым доверием. Убийца добавлял мышьяк в любимое южно-африканское вино императора, которое разливалось в бутылки на месте и подавалось только ему. Выбирать убийцу приходится из троих – слуга Маршан, Бертран или Монтолон. Монтолон больше всех в эти последние годы видел «Наполеона». А 3 мая 1821 г. три врача-англичанина помогли умирающему «расслабиться» - незаметно дали лошадиную дозу хлористой ртути, в 40 раз превышающую нормальную. На лошадиной дозе слабительного настаивал лично граф Монтолон. Через 48 часов после приема лекарства больной скончался. «Наполеон» щедро вознаградил Монтолона в заранее написанном (Монтолоном) завещании: графу Монтолону - два миллиона франков. Слуге Маршану — 400 тысяч. Бертрану — полмиллиона. Лас-Казу (для сравнения) - 100 тысяч. Отсутствие Наполеона на Св. Елене с лета 1818 г. вряд ли стоит считать результатом удачного похищения. Вероятнее, что истинный Император Франции был убит «при попытке к бегству», как и задумывалось сценаристом. 29 марта 1826 г. на шлюпе «Предприятие» О.Е.Коцебу в третий раз появляется на Св. Елене. 9 дней он тщательно изучает пустой Лонгвуд, о чем в мрачных тонах описывает в своей второй книге.

«Рюрик», Де Бальмен и теракт в Мангейме. 13 августа 1818 г.

«Рюрик» вошел в Неву и встал на якорь перед домом графа Румянцева. Меценату удалось выгодно продать корабль Российско-Американской компании и груженный товарами бриг навсегда ушел в Ново-Архангельск. «Рюрик» так и вошел в историю века самым малым судном, совершившим кругосветное путешествие. На Cв. Елене состоялись не только русские похороны, но и русская свадьба. Местная девушка Шарлота Джонсон полюбила генерал-майора графа де Бальмена, прибывшего в июне 1816 г. в качестве комиссара от России. Комиссар оказался родом с Полтавщины, из Линовиц. Там же в Линовцах, в соседнем с де Бальменом имении, по странному совпадению проживала с мужем та самая фрейлина, которая в 1815 г. познакомила Императора Александра I с баронессой Юлианой Крюденер. Известно, что пожилую баронессу боялся даже австрийский канцлер Меттерних за призыв забираться на гору Арарат и с нуля создавать христианскую цивилизацию. Особенно счастлив был приемный отец невесты – губернатор Св. Елены сэр Хадсон Лоу. Точка в шпионской истории отца и сына Коцебу была поставлена 23 марта 1819 года. В г. Мангейм, в собственном доме, был заколот кинжалом Август Коцебу, издатель «Литературного еженедельника» («Literarisches Wochenblatt»), самый популярный в Европе романист и драматург, отец 12 детей, автор свыше 200 литературных произведений изданных при жизни. Террористический акт совершил немец, студент богословия Эрлангенского университета, один из лидеров «Всегерманского студенческого союза» («Буршнсншафт») и тайного общества «Тевтония». Его звали Карл Людвиг Занд. Убийца считал себя потомком древних племен, германских тевтонов, носил длинные волосы, черный берет и плащ. Среди студентов выделялся грубым и даже диким нравом, дрался и вызывал на дуэли по любому пустяку. Занд был не аккуратен и презирал все «французское». Он являлся одним из организаторов празднования трехсотлетия Реформации. Акция состоялась 18-го октября 1817 г. Радикально настроенные студенты и часть профессоров, собрались в старинном замке Вартбург. Пели песни, произносили зажигательные речи. Ближе к ночи состоялось факельное шествие и отвратительная попойка, перешедшая в еще более отвратительное ритуальное действие – сожжение книг и ненавистных символов. В числе первых в костер полетели сочинения Августа Коцебу. «Каждый человек может убить другого, - поэтому все люди равны», - эти слова принадлежат Карлу Людвигу Занду. Версия, что в деле есть заказчик, не подтвердилась. На следствии Занд упорно молчал. Уже в тюрьме, 5 октября 1820 г. ему исполнилось 25 лет. Суд Мангейма приговорил Занда к смертной казни. 20 мая 1820 года палач исполнил приговор. Поэт Пушкин обессмертил Занда в стихотворении «Кинжал», как фанатичного террориста-одиночку. Пушкин первым в русской литературе создал романтический образ убийцы и воспел культ террора. Семена, посеянные в благодатную либеральную среду, проросли. Через 6 лет член тайного общества Каховский убивает на Сенатской площади петербургского градоначальника Милорадовича.

О тайнах прошлого и крысах.

Политика не любит открывать современникам истину. Путает даты, искажает факты и коверкает сказанные слова. Тянет время и всегда мечтает о трибуналах. После смерти участников и свидетелей следствие прекращается по умолчанию. Заседание суда присяжных становится невозможным, а место приговора занимает загадка. Мемуары зависимых очевидцев, придворные сказки ангажированных писателей, впрочем, как и легкомысленные догадки не приглашенных на высокий банкет, только удаляют нас от правды. С годами загадка превращается в секрет, а секрет в очередную тайну прошлого.

Коцебу: «Когда мы шли в Берингов пролив, матросы сообщили, что одна крыса показалась на палубе. Вся команда приступила к травле, все обшарили, поймали и убили трех. Я знаю, откуда они взялись. Из Петропавловского порта. А ведь раньше крыс в порту не было, пока мы туда с Иван Федорычем Крузенштерном на «Надежде» не зашли. Это мы потомков поубивали. А сейчас в Петропавловске крыс – видимо-невидимо».

Олег Гастелло